Огюст Пиккар. Сын своего отца, отец своего сына

Огюст Пиккар

27 мая 1931 года на стратостате FNRS-1 был установлен мировой рекорд высоты – 15785 метров. 30 сентября 1953 года в батискафе «Триест» был установлен мировой рекорд глубины – 3150 метров. Оба эти рекорда установил швейцарский физик и инженер Огюст Пиккар. Он же изобрёл и сконструировал оба корабля – высотный и глубоководный. Впрочем, сам профессор Пиккар меньше всего думал о рекордах, достойных книги Гиннеса, — и стратостат и батискаф были сконструированы для научных исследований, но уж таким человеком был Огюст Пиккар, что если для интересующих его наблюдений нужно было идти на рекорд, он шёл на рекорд. Студенты, учившиеся у профессора, утверждали, что ещё в одной области Пиккар был безусловным рекордсменом – не было случая, чтобы ему не удался какой-либо опыт, настолько тщательно он выверял работу каждой экспериментальной установки. Но, на мой взгляд, ещё более важным, ещё более удивительным рекордом профессора Пиккара можно считать то, что ему, как, пожалуй, никому в истории удалось воплотить в жизнь сразу две мечты своего детства – полёт на невиданную доселе высоту и погружение на неслыханную доселе глубину.

Отмечу ещё одно двойное достижение Огюста Пиккара, достижение не научное, не из тех, о которых пишут книги и которым ставят памятники. Но очень важное жизненное достижение, достижение, которому стоит по-доброму позавидовать и постараться повторить. Огюст Пиккар достойным сыном своего замечательного отца, а в своём сыне воспитал себе достойную смену.

Давайте проследим, как не только детские мечты Огюста Пиккара, но, пожалуй, и мечты всего тогдашнего научного мира воплотились в жизнь династией швейцарских учёных Пиккаров.

 

Жюль Пиккар и его дети

 

Огюст Пиккар в гондоле стратостата FNRS-1

Огюст Пиккар в гондоле стратостата FNRS-1

Огюст Пиккар родился 28 января 1884 года в Базеле, в семье профессора химии Жюля Пиккара. Всего в семье было четверо детей, у Огюста были старшие брат и сестра, а также брат-близнец Жан. Оба близнеца пошли по стопам отца, стали учёными. Жан – химиком, как и отец, Огюст – физиком. Если бы влияние родителя ограничивалось родом деятельности, неизвестно, кем стали бы близнецы Пиккары, не все дети профессоров становятся профессорами. Не так много известно о том влиянии, которое оказал Жюль Пиккар на своего сына Огюста, здесь нам придётся опираться на данные скудные, а порой и вовсе косвенные. Но мы попробуем составить картину воспитания младших сыновей профессора Жюля Пиккара.

Известно, что начиная с самого раннего возраста Жюль Пиккар часто брал детей с собой в горы, показывал им старый город, говорил о природе, об истории. Профессор принимал живое участие в жизни своих сыновей-школьников: сохранились сведения, что его сильно беспокоила плохая память Огюста при том, что мальчик считался самым сообразительным в классе. Огюст и Жан увлекались строительством моделей – воздушных шаров, аэропланов, автомобилей. Для этого у них было достаточно бумаги, дерева, клея, несомненно, были и инструменты. Нетрудно предположить, что профессор поощрял такого рода занятия сыновей.

Став знаменитостью мирового уровня, Огюст Пиккар в интервью неоднократно говорил, что большую роль в формировании у него тяги к покорению высот и глубин сыграло чтение приключенческой и фантастической литературы, и в первую очередь – романов Жюля Верна. Это ещё одно косвенное подтверждение роли отца в воспитании двух будущих учёных. В те времена книги были не так доступны как сейчас, их покупка была бы невозможна, если бы базельский профессор не считал чтение полезным для мальчиков. Кроме того в XIX веке родители более тщательно отбирали чтение для своих детей, порой вмешиваясь в процесс напрямую.

Более того, у меня не вызывает сомнения, что Жюль Пиккар не только отбирал книги для сыновей, но и читал вместе с ними, и обсуждал прочитанное. От многих людей мне доводилось слышать, что самые яркие воспоминания у них сохранились о тех книгах, которые они прочли со своим отцом. А Огюст Пиккар до последних лет своей жизни вспоминал два самые свои любимые книги – «Пять недель на воздушном шаре» и «20000 лье под водой». Кроме того бытует ошибочное мнение, что достаточно дать ребёнку детскую книжку, а там уж он сам разберётся и в характерах героев, и в сюжете, книжка-то детская!

Нет! Чтобы ребёнок, не имеющий достаточного жизненного опыта понял книгу правильно, обязательно нужно, чтобы кто-то взрослый, жизненным опытом обладающий, прошёл бы вместе с ним и с героями книги пройти все приключения, всё время освещая этот путь ребёнку своими знаниями, своим пониманием жизни. И если Огюст и Жан Пиккары, прочтя приключения героев Жюля Верна, не ограничились игрой в детей капитана Гранта, а загорелись жаждой знаний, это вернейшее свидетельство того, что Жюль Пиккар сам вёл сыновей по лабиринтам приключенческой литературы.

О тесной связи профессора со своими сыновьями-студентами свидетельствует тот факт, что одна из первых научных работ Огюста – «О запахах, возникающих при ударе» — написана им в соавторстве с отцом. Для такого необычного исследования нужны были совместные усилия физика и химика, отец и сын дополнили друг друга.

Научные исследования не затмевают мечты детства, юные братья Пиккары живо интересуются всем, что связано с полётами, в первую очередь воздушными шарами – аэростатами и монгольфьерами. «Подобно большинству молодых людей своего времени, я очень увлекался всем, что относилось к новой науке – аэронавтике. В те времена аппараты тяжелее воздуха совершали свои первые полёты, и только рьяные оптимисты предвидели дальнейшее развитие авиации, а пока что в небе царили шары легче воздуха» — вспоминал Огюст Пиккар на склоне лет. Братья выискивали в газетах и журналах всё, что касалось аэронавтики и делающей первые шаги авиации. И здесь я осмелюсь предположить, что эти увлечения поощрялись отцом. Читая биографии выдающихся людей прошлого можно заметить, что нередко отцы бывали крайне требовательны к своим детям, направляя их по научной стезе. В воспоминаниях друзей семьи Пиккаров не обнаруживаются данные о недовольстве отца горячими увлечениями сыновей. Мы помним, что Жюль Пиккар проводил немало времени с сыновьями, что в доме в достатке была приключенческая литература, что совместная научная работа отца и сына затрагивала весьма необычную тему. Профессор химии Жюль Пиккар представляется человеком не только образованным, но и увлекающимся, с живым умом, любящим узнавать новое, умеющим поделиться своими знаниями в увлекательной форме.

 

Перед взлётом

 

Старт стратостата FNRS-1. 27 мая 1931 г.

Старт стратостата FNRS-1. 27 мая 1931 г.

В 29 лет Огюст Пиккар становится экстраординарным профессором физики, защитив диссертацию о магнитных явлениях в жидкостях и газах. Молодой профессор пользуется огромной популярностью среди студентов не только благодаря экстравагантности (эта черта была присуща Огюсту Пиккару), но и благодаря умению увлекательно рассказывать и безупречно ставить оригинальные физические опыты. Научные интересы Пиккара чрезвычайно разнообразны – влияние гравитации на рост корней растений, теория получения искусственных алмазов, сверхнизкие температуры, он исследует альпийские ледники, конструирует точнейший на то время сейсмограф, делает большое открытие – выделяет уран-235.

Но тот, кто в детстве зачитывался романом Жюля Верна «Пять недель на воздушном шаре», всегда будет стремиться к полёту. В 1912-м году Пиккар совершает первый полёт на воздушном шаре. Но он летает не для развлечения – в полёте он производит научные наблюдения – например, измеряет температуру воздуха на разных высотах и над разными ландшафтами.

В 1920-м году Огюст Пиккар женится на француженке Марианне Дени и переселяется в Брюссель, где его приглашают заведовать кафедрой прикладной физики. В Брюсселе у Огюста Пиккара рождаются пятеро детей – четыре дочери и сын Жак. Сын, который не просто пойдёт по стопам отца, сын, который закончит то, что не успеет завершить отец.

Огюст Пиккар продолжает полёты на воздушных шарах, но от случая к случаю – теперь он и профессор, и отец немалого семейства. Биографы Огюста Пиккара полагают, что после одного из полётов профессор и задумал полёт в стратосферу. Не думаю, что это так. Во-первых, достижение большой высоты, проникновение в стратосферу привлекало Пиккара-учёного, — только в стратосфере можно было произвести ряд измерений, которые давно ожидал весь научный мир. А во-вторых… Во-вторых, многие мужчины, став отцами переживают всплеск своих детских мечтаний, им хочется вместе с сыновьями сделать то, о чём мечтали в детстве.

Жаку Пиккару было 8 лет, когда его отец сконструировал стратостат – новый воздушный корабль, 9 – когда совершил первый в истории полёт в стратосферу. На фотографии 1932-го года, когда Огюст Пиккар отправлялся в свой второй полёт в стратосферу, мы видим провожающих стратонавтов жену и детей Пиккара, сын провожает отца, летящего в мечту детства…

Описывая свой второй рекордный полёт, Огюст Пиккар как будто бы вскользь упоминает о том, что пролетая над Альпами, он узнавал долины, по которым когда-то гулял с отцом. И так же вскользь о том, что вместе со своим напарником, Максом Козинсом, подкрепился в полёте шоколадкой, которую перед самым взлётом дал ему десятилетний сынишка. Незначительные детали, которые открывают перед нами удивительное явление передачи мечты от поколения к поколению, от отцов к сыновьям…

 

Сын своего отца

 

Огюст Пиккар с семьёй перед полётом на стратостате 27 мая 1931 г.

Огюст Пиккар с семьёй перед полётом на стратостате 27 мая 1931 г.

Прогулка по лесу или по горам… Для отца, любящего своих детей, это не просто отдых и времяпрепровождение, это возможность и воспитания и обучения. Сидя в четырёх стенах никогда не найдёшь стольких тем для обсуждения, сколько будто бы ниоткуда появляются во время прогулки. Растения, животные, камни, почвы, сельскохозяйственные культуры, ландшафты, атмосферные явления – всё мгновенно превращается в тему занимательного урока, нужно только дать ребёнку возможность увидеть как можно больше, темы он задаст сам, он будет спрашивать и спрашивать, задача отца проста – отвечать; задача отца сложна – знать ответы на все вопросы или уметь находить их вместе с любознательным ребёнком.

Я нисколько не сомневаюсь, что именно эти прогулки по Альпам в сопровождении отца в последствии позволили Огюсту Пиккару так остроумно справляться со сложнейшими техническими задачами, сопровождавшими и его полёты и его погружения. Так, оригинальными идеями Огюста Пиккара были оболочка стратостата переменной ёмкости, герметичная кабина, её конструктивные элементы. К наиболее остроумным инженерным решениям относится крепление приборов внутри гондолы батискафа не жёстко к корпусу, а на рамах – под чудовищным давлением воды гондола сжималась, жёсткое крепление могло вызвать деформацию. И, наконец, сама идея батискафа относится к интереснейшим проявлениям технической мысли: герметичная толстостенная батисфера подвешивается на за трос к кораблю, а к такой же примерно оболочке, как и оболочка стратостата, наполненной жидкостью легче воды. Собственно, батискаф – это подводный стратостат, принципиальной разницы между этими кораблями нет. Только стратостат, вначале, сбрасывая балласт, поднимается, затем, стравливая наполняющий оболочку газ, опускается. Батискаф же, принимая вначале балласт, опускается, а, достигнув дна и избавившись от балласта, поднимается.

Сам Огюст Пиккар объяснял успех своих полётов и погружений тем, что для рождения идеи стратостата и батискафа нужен был физик, для конструирования же этих кораблей – инженер. Отец воспитал Огюста и как физика и как инженера.

Ещё одну заслугу отца Пиккара в воспитании сыновей хотелось бы отметить. Это дружба, всю жизнь связывавшая братьев, их общие стремления, которым не помехой было и расстояние – после Первой мировой войны Жан уехал в Америку. Но там, за океаном он в 1934-м году строит свой стратостат и поднимается на высоту 17,5 километров. Он дорабатывает изобретение брата. Если Огюст Пиккар нашёл способ сбрасывать балласт из герметичной кабины с помощью шлюза, его брат выдаёт более рациональное решение – размещает балласт вне кабины…

 

Начало штурма глубин

 

Огюст Пиккар с семьёй и друзьями. Сентябрь 1930 г.

Огюст Пиккар с семьёй и друзьями. Сентябрь 1930 г.

В 1937-м году профессору Огюсту Пиккару 53 года. Это не юноша, это всемирно известный маститый учёный. Но мечты детства не забыты – Огюст Пиккар начинает конструировать батискаф. Пока Пиккар достигал своих высот, другие штурмовали океанские глубины. В 1934-м году Уильям Биб в сконструированной Отисом Бартоном батисфере приближается к километровой отметке глубины. Так глубоко ещё никто не погружался. Затем сам Бартон в 1943-м году достигает глубины 1370 метров. Рекорд Бартона продержится 15 лет и побьёт его только батискаф, сконструированный Пиккаром.

Работы над батискафом прервала война. Огюст Пиккар остался в нейтральной Швейцарии, работая инженером-консультантом на заводе металлоконструкций. Жак, сын ушёл добровольцем во французскую армию.

После войны вернулся повзрослевший сын, вернулся из концлагеря старый друг и напарник Макс Козинс. В 1948-м году первый батискаф FNRS-2 совершил погружение. Пока – экспериментальное, пока – всего на 25 метров. Но это уже не беспомощная, зависящая целиком от прочности удерживающего троса батисфера, а автономный глубоководный корабль.

За первым погружением отца Жак наблюдал со стороны. Да, он участник экспедиции, да он немало сделал для того, чтобы погружение состоялось, но вместо заболевшего Козинса место в гондоле занял профессор Моно – так решил жребий.

FNRS-2 не стал рекордным аппаратом, но свою главную задачу выполнил – преимущества принципа батискафа были доказаны. Но Огюсту Пиккару за 60, по силам ли ему построить новый батискаф? Занять в нём место капитана? Трудно, но возможно, когда рядом с тобой такой сын как Жак.

 

Отец своего сына

 

Батискаф «Триест»

Батискаф «Триест»

Жак Пиккар окончил инженерно-экономический факультет, и кому как не ему было взять на себя всю организационную работу по строительству FNRS-3, а затем и знаменитого «Триеста»? Более того, само строительство «Триеста» стало возможным благодаря хлопотам Жака перед итальянскими властями. На верфи, где строился «Триест», всеми работами руководил Жак Пиккар, Жак Пиккар контролировал качество и надёжность крепления каждой детали, Жак Пиккар готовился разделить с отцом осуществление мечты детства… На этот раз никто не оспаривал права Жака совершить погружение вместе с отцом. И никто не помешал счастью отца разделить с сыном погружение в мечту.

Первое погружение «Триеста» было испытательным; в тот же день, 14 августа 1953-го года, когда «Триест» только испытывался, детище Огюста Пиккара, батискаф FNRS-3 побил рекорд Бартона, погрузившись на 2100 метров.

И второе погружение «Триеста» не было занесено в книгу рекордов – погружались на 1080 метров. Но оба эти погружения, не вошедшие в книгу Гиннеса, я назвал бы самыми рекордными в истории. Рекорд по воплощению мечты детства и рекорд по воплощению мечты любого отца – видеть сына продолжателем своего дела – вот какие рекорды установил Огюст Пиккар, погружаясь на морское дно в тесной для двоих рослых мужчин гондоле.

Было третье, совместное, на этот раз рекордное – 3150 метров – погружение. И его совершили отец с сыном вдвоём. Здесь ещё раз отмечу, что Огюст Пиккар устанавливал рекорды не ради них самих и не ради славы рекордсмена. При полёте в стратосферу его как физика более всего интересовала интенсивность космического излучения на разных высотах. И коль скоро для большей точности эксперимента нужна была максимальная высота, Пиккар-инженер поставил перед собой и выполнил задачу по созданию корабля, способного покорить эту высоту. Научными приборами были начинены и как гондола стратостата, так и гондола батискафа. Исследование глубин невозможно без спуска в эти глубины, а раз так, то снова Пиккару-физику на помощь приходит Пиккар-инженер. И появляется корабль, ставящий рекорды глубины. Огюст Пиккар в «Триесте» мог опередить экипаж FNRS-3, но он не гнался за рекордом, он испытывал батискаф – корабль, с помощью которого будет сделано множество удивительных открытий. Но… уже без Огюста Пиккара. Огюсту Пиккару почти 70, пора уступить капитанский мостик сыну. Сын пойдёт дальше, сын погрузится глубже. Глубже всех…

Огюст и Жак Пиккары на борту батискафа «Триест»

Огюст и Жак Пиккары на борту батискафа «Триест»

70 лет… Далеко позади последний полёт. Теперь – и последнее погружение. Вот и последняя лекция в университете… И последнее изобретение – мезоскаф, корабль не столь глубоководный как батискаф, но способный погружаться на глубины до километра. Такая машина имеет большую ценность для исследователей океана – основная жизнь океана происходить в верхних слоях воды, в мезоскафе исследователи располагаются не в тесной гондоле, а в просторном салоне-лаборатории. И здесь Огюст Пиккар блещет инженерной мыслью – применяет принципы кораблей воздушных к кораблям подводным. Так, он предлагает устанавливать на мезоскафе вертикальный винт, чтобы корабль погружался по тому же принципу, по которому взлетает вертолёт… Идею мезоскафа воплотит сын Жак; в 1964-м году на воду Женевского озера был спущен туристический мезоскаф «Огюст Пиккар».

Но пока Жак – капитан «Триеста». Он ищет средства для новых погружений, но безуспешно. В конце концов пришлось продать батискаф американскому военно-морскому ведомству. Американцам нужны рекорды, Жаку Пиккару – глубоководные исследования. Подготовка к штурму сверхглубин оказалась по плечу сыну Огюста Пиккара – он строит «Триест-2», батискаф ещё более глубоководный, нежели его предшественник. Новый корабль начинает погружения в 1959 году. 1500 метров. 5530 метров. И, наконец, 7025 метров. Теперь можно идти на штурм максимальной глубины – котловины Челленджер в Марианском жёлобе. С каждым погружением задачи инженера Жака Пиккара становятся всё сложнее. Но, достойный наследник отца, он успешно решает их. Как же пригождается ему сейчас отцовская наука! Ещё в детстве Огюст Пиккар часто давал сыну решать различные технические задачи, то попроще, то посложнее, но всегда такие, которые требовали сообразительности и нестандартного мышления.

Незадолго до самого глубокого из возможных погружений Жак узнаёт, что американцы не включили его в экипаж батискафа. Инженеру Жаку Пиккару достаточно того, что он доработал изобретение своего отца, исследователю Жаку Пиккару достаточно того, что на его корабле научные приборы проведут измерения на максимальной глубине мирового океана. Но сыну Огюста Пиккара никак нельзя удовлетвориться этим, отец должен на склоне лет видеть сына капитаном этого удивительного корабля – батискафа. Жак добивается того, что принадлежит ему по праву – он капитан «Триеста» при погружении в Марианский жёлоб. 23 января 1960-го года Жак Пиккар и лейтенант Джон Уолш достигают максимальной океанской глубины – 10911 метров.

 

***

 

Жак Пиккар и Дон Уолш в гондоле батискафа «Триест»

Жак Пиккар и Дон Уолш в гондоле батискафа «Триест»

Отец, Огюст Пиккар скончался в 1962-м году, на 79-м году жизни.

Сын, Жак Пиккар, продолжил дело отца. Он стал знаменитым океанологом. В 1970-м году на сконструированном им мезоскафе «Бен Франклин» он провёл месяц под водой, исследуя Гольфстрим.

 

Дни и годы летят как стрела, дела и события вырывают нас из семей, мы рано встаём и поздно возвращаемся домой, мы редко целуем наших жён и мало разговариваем с нашими детьми. Мы удивляемся – в кого они? Почему наши дети не похожи на нас? Напрасно удивляемся: наши дети похожи на то, с чем проводят большую часть своего времени. Профессор Жюль Пиккар воспитал сыновей по образу и подобию своему и, полагаю, на старости лет он с радостью видел в детях своё продолжение на Земле. Огюст Пиккар сделал за свою жизнь немало открытий, воплотил в жизнь сложнейшие изобретения, но время для воспитания сына он находил. Как – не знаю, не представляю как можно при такой загруженности выкраивать время и силы сердца для своего ребёнка. Но он сделал это, он воспитал своего сына продолжателем своих славных дел и, наверное, это его достижение на старости лет порадовало его больше чем рекордные взлёты и рекордные погружения.

 

Артемий Юрьевич Лебедев